ВОЙНА ИЗВЕЛА ПОЛОВИНУ СЕМЬИ

Строки из писем военных лет.

К 75-летию Победы

советского народа

над фашистской Германией

ВОЙНА ИЗВЕЛА ПОЛОВИНУ СЕМЬИ

Наша страна и ее народ по праву гордится Великой Победой над фашистской Германией и готовится по достоинству отметить это знаменательное событие в истории государства.  Великая Отечественная, черным крылом лихолетья она коснулась каждой советской семьи. Не было такой, где бы не оплакивали горечь утраты погибших на фронте родных, близких, соседей, хороших знакомых…

В повествовании речь пойдет о письмах и их содержании членов семьи Абросимовых, в которой было шестеро мужчин и все они были призваны защищать Советскую Родину от фашистских  захватчиков. Но только троим из них суждено было вернуться домой живыми, а трое полегли смертью храбрых на полях сражений.

   ИЗ ИСТОРИИ СЕМЬИ

    Жили Абросимовы в казачьем хуторе Моисееве Дубовского района Ростовской области, что притулился к правому берегу в одной из многочисленных излучин вилючего Сала — притока Тихого Дона.  Отделившийся от отца-казака Василий Васильевич приехал сюда с женой Марией Васильевной и тремя сыновьями из хутора Королева, располагавшегося в том же районе между Доном и Салом. Отделил его родитель не с пустыми руками, срубил он из сосновых пластин добротный полутораэтажный казачий курень с широким крыльцом, балясами, ставнями и прогонами на окнах, ошилевал тесом.

   Поселились на краю хутора, прямо у берега Сала на возвышенном месте, чтобы в половодье вода не заливала подворье. Почти на полугектаре вместе с детьми  в первый же год 30 летний хозяин разбил фруктовый сад (кстати, и сегодня еще хуторяне пользуются плодами отдельных сохранившихся с тех пор деревьев — груши, терновки и терна).

   Все делал Василий Васильевич своими руками. А делать он умел все, что необходимо было в крестьянской жизни: подковать коня собственноручно изготовленными подковами и ухналями, сварганить сбрую и упряжь, выделать овчину и пошить тулуп или полушубок, склепать деревянную бочку для солений, стачать сапоги, свалять валенки, собрать деревянное колесо для телеги и обтянуть его железной шиной, сделать на удивление красивую прялку для пряжи шерсти… Он даже изготовил и собрал мини-мельницу на круглых камнях для размола зерна. И хуторяне шли к нему, когда настоящую большую мельницу разбомбили во время гражданской войны, чтобы переработать добытое где-то котелок или ведро зерна на муку.

   В том же 1922 году к трем сыновьям – Михаилу, Вениамину и Александру, прибавился Иван, а в 1927 появился еще и Василий. Старший Михаил был 1912 года рождения тихий, спокойный, исполнительный, все делал по указке. Вениамин 1913 года рождения (мой отец-автор) белокурый, чернобровый шустрый и быстрый на руку был заводилой. На хуторских вечеринках лихо отплясывал «казачка» бод балалайку, да так, что девки, перешептываясь, говорили: «Сейчас с Вешкиных бровей сажа потечет». Все думали, что он белокурый, красит брови сажей, а они  у него от рождения были черными.

    Шустрость Вениамина проявилась и в том, что он раньше старшего брата женился. Приглянулась ему пышная красавица Софья из семьи Фетисовых. Она почти три на года старше его, родители настойчиво отговаривали его от сватовства, но он настоял и сделал по-своему. И еще. На действительную военную службу Вениамина призвали в ту же часть, где служил брат Михаил, отдавший службе уже год. Когда подошел срок увольнения Михаила в запас, Вениамин подошел к нему и говори: «Михаил, тебя скоро домой отпустят, а что тебе делать в том хуторе? Давай, я за тебя уеду домой. У меня там жена, двое детей. А ты отслужи за меня каких-то месяц-два. Кто знает, что ты Михаил, а я Вениамин? Абросимов да и Абросимов». И уговорил. Уехал он домой, а Михаил за него почти целый год служил, а когда приехал домой, высказал: «Вот черт белый, обдурил, так обдурил».

Третий сын Александр был сама нежность и доброта, рукодельник и угодник. Мать, Мария Васильевна, говорила: «Ему надо было девочкой родиться, уж до того аккуратист, да додельник! Я только ему доверяла в горнице убирать: если сделает, то все до дела. Он у нас всем носки из овечьей шерсти вязал и даже пятипальные перчатки, что я-то и сама не вдруг сварганю».

   Иван хоть и был крупного телосложения, но выглядел болезненным. Зато из всех братьев был самым охочим до учебы. До начала войны он окончил среднюю школу и поступил в институт, откуда его и призвали в армию, а потом и на фронт.

   Все братья, кроме Вениамина, были в отца высокие и плотные. Но особой статью отличался самый младший — Василий. За суровый нрав и недюжинную силу в хуторе его прозвали Бугаем. Многие хуторяне — ребята отведали его пудовых кулаков и старались не связываться с ним и даже как-то заискивали перед ним. Доставалось от Василия и «хохлам», так называли живших в хуторе Романове, что на противоположном – левом берегу Сала. Особенно обозлился он на них после того, как в одну из зим, когда на льду замерзшего Сала сошлись по традиции в рукопашной схватке моисеевцы и романовцы, Василию мерзляком (мерзлым комом земли) рассекли верхнюю губу и обломили половину верхнего переднего зуба. С тех пор он без разбора отбирал при каждом выходе на лед у «романовских» самодельные коньки и санки и отдавал их моисеевским пацанам. А романовцам говорил: «Это вам за пол зуба».

   До начала войны отец и  братья Абросимовы работали в местном колхозе «победа социализма». На них никто не мог указать пальцем и сказать, что они отлынивают от колхозных дел. Успевали и на общем дворе, и дома все вовремя сделать.

   За добросовестность и прилежность Вениамина послали на курсы комбайнеров, которые он успешно окончил и успел до начала войны три жатвы хлебов провести. При этом работал так, что его, как лучшего комбайнера района премировали велосипедом. А в те годы это была редкая и престижная вещь.

   Михаил перед самым началом войны выучился на шофера, а Александр с 1936 года служил моряком сначала на Черноморском, а потом – на Тихоокеанском флоте.

   Далеко от родных мест служил Александр, но связь с родными постоянно держал с помощью писем. Аккуратный с детства, он каждую весточку с хутора, а потом и с фронта складывал в чемодан и хранил в кубрике на корабле. Потом, когда демобилизовался после войны и остался на постоянное жительство во Владивостоке, складывал и подшивал полученные письма в хронологическом порядке. И как говорил он сам, часто перечитывал со слезами на глазах все написанное родными ему людьми.

Эти-то довоенные и фронтовые письма-треугольники, которые передал мне дядя Саша в 1972 году, когда я был у него в гостях во Владивостоке, стали отправной точкой для написания этого материала. И них вырисовывается довоенная мирная жизнь, военное лихолетье и преданность семьи Абросимовых, как простых представителей огромной страны, социалистическому Отечеству.

   Трудно, конечно, передать содержание всех писем, потому, что в двух подшивах их более двухсот. Но я попытался выбрать, на мой взгляд, наиболее существенное.

         ДОВОЕННОЕ  ПИСЬМО

    Вот выдержки из письма Вениамина Александру от 17 февраля 1941 года. В нем нет и намека на то, что через четыре месяца над страной повиснет страшная туча войны:

«Здравствуй, брат Саша! Сообщаю тебе, что жена Соня, дети Коля и Лида живы и здоровы, чего и тебе желаем.

Письмо твое я получил и отвечаю на поставленные

вопросы. Работаю в Дубовской МТС (машинно-тракторная  станция  – автор) комбайнером. Сейчас на ремонте

тракторов. Темпы ремонта плохие, план и график

не выполняются. Еще ремонтировать 22 трактора.

Причина одна – руководство МТС плохое.

    Если прочитать речь т.Сталина на слете руководителей тяжелой промышленности и сопоставить с тем, какие должны быть руководители, то наши директор и механик далеко не схожи. Они не поощряют хороших работников,

а ругают всех подряд. И второе – не замечают мелочей, а ведь большое складывается из мелочей. Ведь Ленин говорил, что «из искры возгорается пламя…»

   В нынешнем году колхоз Кирова распался, хотя всегда был передовым. На трудодень там колхозники получили по два килограмма зерна и одному рублю денег. Причина –  в 40-м году там  градом выбило 600 гектаров посевов. И в других хозяйствах трудодень оказался дешевым. В нашем колхозе «Победа социализма» получилось немного лучше – на трудодень получили по 4 кг хлеба и по 1,5 рубля деньгами.

   С государством рассчитались по всем платежам досрочно. За это председателя Кузнецова премировали в 1000 рублей и  путевкой на курорт на месяц.

   По колхозу нашему дела обстоят неплохо, как по подготовке к весеннему севу, так и по зимовке скота…»

     И в заключение письма «Живу сейчас неплохо, есть и пить есть что, ходим не голые и впить есть за что. Сидим сейчас с Михаилом в моей хате, читаем письмо тебе. Да, чуть не забыл, делаю «запасец» к встрече тебя.  До свидания. Твой брат Вениамин.»

    Но недолго была мирной жизнь после этого письма, как в стране, а значит и в семье Абросимовых. В первые же месяцы войны ушли на фронт – Василий Васильевич и три его сына –  Михаил, Вениамин и Иван. Александр, хоть и отслужил положенный срок – пять лет, из-за военных действий его домой не отпустили, и он продолжал службу на Тихоокеанском флоте. Младший Василий остался с матерью дома.

                     Н. Абросимов, член Союза журналистов  России

                                       Председатель Совета ветеранов

                          Пролетарского (с) района Ростовской области

                                              г. Пролетарск, Ростовская область.                                             

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


доступен плагин ATs Privacy Policy ©
Skip to content